18:20 

С тех пор я стал цыганом, сам себе пастух и сам дверь - и я молюсь, как могу, чтоб мир сошел им в души теперь (С)
Название: Чужие тут не ходят
Автор: fandom LoGH 2014
Размер: 1429 слова
Пейринг/Персонажи: Франц Валлимот/Тереза Вагнер
Категория: гет,
Жанр: драма, повседневность, дарк
Рейтинг: R
Предупреждения: насилие, мат, смерть персонажа
Краткое содержание: жизнь Терезы и Валлимота на его родине вовсе не так безоблачна.
Размещение: после деанона и с разрешения автора


Миссис Валлимот услышала бодрый стук в дверь и пошла открывать.
— Я все купил, мама, — сказал Франц, входя в двери, нагруженный покупками. — Как там Тереза?
— Да никак, — миссис Валлимот пожала плечами. — Сегодня с утра мы с ней немного прибрались, потом она помогала мне готовить рагу и печь пирог. Проку от нее, правда сказать, мало, одни хлопоты. Сколько я уж ей говорю — не жалей приправ, не жалей сахара. А она все продолжает скряжничать, двадцать раз подумает, прикинет и все равно ничего не положит. Приходится за ней поправлять, а то питались бы мы, как в больнице.
— Наверное, она просто так привыкла, — заметил Франц, — беречь покупные продукты.
— Пора бы уже отвыкать, она не вчера сюда приехала, — заметила миссис Валлимот, подхватывая тяжелые пакеты.
— А что Тереза делает сейчас? Мама, не надо, я сам отнесу, — начал Франц, но миссис Валлимот решительно повернулась к нему спиной.
— Ничего, ничего, ты эти покупки с полмили тащил, давай я уж два шага пронесу. Твоя красавица отдыхает, я ее спровадила в спальню, так что сейчас она вроде бы спит. А может, и не спит, кто ее знает.
Миссис Валлимот опустила пакеты на пол и принялась разбирать продукты. Франц попытался ей помочь, взял пачку с яркой этикеткой и открыл дверцу холодильника.
— Ты что творишь, куда ты муку поставить хочешь! — тут же закричала миссис Валлимот. — Ох, мужчины, ничего вы не понимаете в хозяйстве. Давай сюда.
Она отняла у сына пачку муки и открыла шкафчик, высматривая для нее место поудобнее.
Франц стоял, как потерянный, переминаясь с ноги на ногу.
— Мама, я… — замялся он.
— Иди, конечно, иди, — немного сердито сказала миссис Валлимот. — Всё равно мне без тебя удобнее. Только смотри не буди ее, если она спит.
Франц тихонько приоткрыл дверь. Увидев, что Тереза не спит, а сидит у открытого окна, он вошел.
Услышав шаги Франца, Тереза вздрогнула, повернула голову и облегченно улыбнулась.
— Это ты? А я думала… — начала она с легким акцентом, но запнулась и тут же умолкла.
— Это я, — Франц тоже улыбнулся и подошел к молодой жене. — Как ты? Хорошо себя чувствуешь?
Тереза кивнула.
— Да, хорошо, всё в порядке.
— А на воздухе ты сегодня была? — спросил Франц, наклоняясь, чтобы поцеловать Терезу в белокурые волосы. Они теперь отросли и спускались ниже лопаток.
— На воздухе? — повторила Тереза.
Франц различил в ее словах особую интонацию, которая всегда появлялась в голосе Терезы, когда она слышала какое-нибудь мудреное выражение.
— Я имел в виду, ты сегодня гуляла?
Тереза покачала головой.
— Я не гуляла, мне было некогда, я и фрау Валлимот…
— Миссис, — поправил Франц, поглаживая пальцы Терезы.
— Миссис, — повторила Тереза. — Я и миссис Валлимот сегодня делали очень много полезного дела.
— Ну так давай сделаем что-нибудь приятное, — предложил Франц. — Пойдем погуляем вдвоем, хочешь?
Тереза вздрогнула.
— Надо ли это? — тихо спросила она, опуская глаза. — Я чувствую себя не очень хорошо.
Франц внимательно посмотрел на нее.
— Ты только что говорила, что с тобой все в порядке, а теперь — что тебе нехорошо.
Тереза вздохнула.
— Франц, я боюсь, — тихо сказала она. — Давай лучше не будем ходить гулять, я просто
буду выходить во дворик, сяду там и буду дышать свежим воздухом.
— Тереза, так не пойдет, — мягко пожурил Франц. — Я имею в виду, так нельзя. Помнишь, что тебе сказал доктор? Тебе нужен моцион, движение.
— Я много двигалась сегодня, — заявила Тереза. — Я ходила в доме, искала разные вещи, я много ходила. Мне не надо ходить еще.
— Обязательно надо, Терри. В доме — одно, а на воздухе совсем другое.
— Но сейчас вечер! — почти крикнула Тереза. — Нам придется возвращаться в темноте!
Франц тихо засмеялся и покрепче обнял Терезу.
— И ты боишься? — ласково спросил он. — Но ведь ты же будешь не одна. Я буду рядом, неужели ты думаешь, что я тебя брошу посреди улицы?
Тереза приоткрыла губы, но тут же плотно сжала их.
— Ну что, пойдем гулять?
— А пирог? — вспомнила Тереза. — Фр… миссис Валлимот и я сегодня пекли пирог. Он хороший, вкусный. Ты его попробуешь?
— Попробую, — пообещал Валлимонт. — Вот вернемся, я себе как раз аппетит нагуляю — и обязательно попробую. Так как, пошли?
— Пошли, — повторила Тереза. — Только выйди, я переоденусь пока.
Франц послушно вышел из комнаты и заглянул на кухню.
— Мама, что же ты ее не отпустила погулять? — заметил он. — Целый день в душной кухне — это же вредно.
Миссис Валлимот оторвалась от чайника — она как раз заваривала чай к ужину — и
сердито посмотрела на сына.
— Вот так новости! И я же еще ее не отпускала! Злюка свекровь у невестки пьет кровь, так, что ли? Я же ее чуть ли не гнала, — иди, говорю, прогуляйся, подыши, зеленая ведь вся. Нет, говорит, не хочу, забилась в комнату, как в нору, и сидит, носа не высовывает.
— Давай, мама, я ее выведу погулять, мы вместе подышим.
— Идите, давно пора, — улыбнулась миссис Валлимот. — Только не бродите слишком долго, — добавила она, глядя в окно на розовое небо, подернутое лиловым кантом.
— Я готова, — сказала Тереза. На ней было голубое платье из чистого хлопка, но со специальным эластичным поясом.
И хотя принято считать, что мужчины не разбираются в женских нарядах, Франц был убежден, что его жена в нем — просто красавица.

***
Тереза попыталась идти быстрее.
— Не спеши, — попросил Франц и сбавил собственный шаг. — Давай не будем торопиться.
— Уже совсем темно, — сказала Тереза, но послушалась и пошла своей тяжелой, колыхающейся походкой.
Они повернули назад и пошли к дому, вдыхая вечерний воздух, пронизанный ароматом цветов.
— Heimchen, — вдруг тихо сказала Тереза.
— Что? — не понял Франц.
— Heimchen, — повторила Тереза. — Он хорошо поет, да?
Франц прислушался и тоже уловил мелодичный стрекот.
— Это сверчок, — сказал он. — Да, он хорошо поет, уютно.
— Свер-чок, — с расстановкой повторила Тереза. — Хорошее слово. Мне нужно его запомнить.
Сверчок смолк. На смену нежному пению раздались голоса:
— Эй, вы, двое! Вы чего здесь забыли! тут чужие не ходят.
Из темноты один за другим выступали силуэты: высокие, но худощавые, по-юношески угловатые, которые ни секунды не были неподвижны, то шатаясь, то покачиваясь, то словно приплясывали. Слышались неприятные смешки и тяжелое дыхание.
Не пьяны ли они, с опаской подумал Франц.
Единственный фонарь светил в глаза, и невозможно было разглядеть ни одного лица.
Франц оценивал обстановку.
Он безоружен, а у них наверняка есть ножи или заточки. Врукопашную он с такой ордой не справится. И самое главное — с ним Тереза.
Значит, драться и злить их нельзя. Нужно пытаться улаживать дело миром, пусть даже ценой унижений.
— Мы случайно сюда забрели, извините нас, пожалуйста, — сказал Франц, сжимая дрожащую руку Терезы.
— Мы сейчас уйдем и не будем вам мешать.
— Э, нет! — услышал он. — От нас так просто не уходят. За проход по нашей улице деньги платят.
— С собой у нас ничего нет, — признался Франц. — Но завтра я могу принести сколько нужно.
— Что скажете, парни? — спросил тот, кто говорил с Францем: кажется, именно он был главным в этой стае. — Поверим ему на слово?
— Если обманет, мы его потом из-под земли достанем, — крикнули сзади.
— Достанем и снова закопаем.
Парни захохотали над злой шуткой.
Франц осторожно повернул голову: не взяли ли их в кольцо. Нет, кажется, не окружили, не догадались, если что, Тереза может побежать, тут недалеко оживленная улица, там свет, люди ходят.
— Я не обману вас, — сказал он. — Я честный человек.
А Терезе шепнул уголком губ:
— Как скомандую — беги!
— Парни, у него девка вон — пузатая, — визгливо, по-шакальи, заорали сбоку.
Тереза сдавленно вскрикнула.
—Вот будет номер, если она прямо тут родит, — продолжал шакал.
— Полегче, — прикрикнул главарь. — Короче, парень, вид у тебя приличный, на первый раз тебе поверим. Но имей в виду, если обманешь…
— Эй, вид приличный, да у него выправка военная! — хрипло перебил кто-то.
После этих слов ночные хулиганы нестройно и недобро загудели.
— Вояки, суки!
— Продали нас Рейху!
— Бить их надо!
— Я никого и никому не продавал, — выговорил Франц, собрав остатки гордости и мужества.
— Он никого не продавал! — вмешалась Тереза.
От страха в ее голосе прорезался ясный акцент.
— Да она из Рейха!
— Блядь имперская! А говоришь, не продавал!
Полукруг чужаков дрогнул и нахлынул на них.
— Беги, Тереза! — успел выдохнуть Франц.
И на него посыпались удары. Первые обожгли болью, во рту стало солоно, затем тело утратило чувствительность. Он видел, как его перекидывают и перебрасывают, как куклу, но уже почти не чувствовал новой боли, словно переполнившись ею до краев.
Туда, где кончаются ребра, вошло что-то горячее, как огонь. Последовал рывок, пламя охватило весь живот, земля подпрыгнула под ногами, словно палуба во время перебоев с гравитацией.
Свет фонаря, который ничего теперь не заслоняло, налился красным, стал черным и исчез, забрав с собой все, что его окружало.
Франц услышал истошный крик.
— Тереза! — догадался он. — Неужели…
И все потухло.

***
Когда люди прибежали на шум и крики, все, кто мог, уже разбежались.
На земле лежал молодой мужчина. Даже при скудном свете фонаря было видно, как разбито и изуродовано его лицо. Кровь еще вытекала из его тела, заливая разрезанную рубашку и лужей стекая на мостовую, но раненый уже не дышал.
Впрочем, на него мало кто обращал внимание. Взглянули, ужаснулись и забыли.
Гораздо важнее было помочь белокурой женщине, которая голосила рядом, обеими руками обнимая живот и прижимая к нему мокрое платье.



Да, это приквел к тому, зимнему, про письмо.

@темы: Высокий рейтинг, Легенда о героях галактики, Фандомная битва, проза

URL
   

Ни дня без строчки

главная